Елена Мизулина: «Ежегодно в России 60 тысяч детей становятся социальными сиротами»

Елена Мизулина: «Ежегодно в России 60 тысяч детей становятся социальными сиротами»

Сегодня в пресс-центре информационного агентства ТАСС прошла пресс-конференция, посвященная анализу практики изъятия детей из семьи в России и избыточного, неправомерного вмешательства в семью со стороны органов опеки и попечительства. Итоги своего независимого мониторинга представил Центр защиты семьи «Иван-Чай»
16 Мая 2017

Сегодня в пресс-центре информационного агентства ТАСС прошла пресс-конференция, посвященная анализу практики изъятия детей из семьи в России и избыточного, неправомерного вмешательства в семью со стороны органов опеки и попечительства. Итоги своего независимого мониторинга представил Центр защиты семьи «Иван-Чай». Проведенный мониторинг стал основой четвертого альтернативного независимого доклада от экспертов — членов научно-экспертного Совета при временной рабочей группе по совершенствованию Семейного кодекса РФ.

Как рассказала руководитель центра «Иван-Чай» Элина Жгутова, при отобрании ребенка в 95% случаях нарушаются права семьи. Абсолютно во всех случаях, попавших в мониторинг организации, родителей даже не проинформировали о существующих правах и не выдали соответствующих документов об изъятии.

«В 90% случаев органы опеки не предоставляют никакой информации о месте нахождения изъятых из семьи детей, — продолжила Элина Жгутова. — В 70% эпизодов от родителей требуют разрешения для того, чтобы навестить собственного ребенка, отобранного и помещенного, например, в медицинское учреждение. Хотя родители могут быть даже не ограничены в правах. В 100% случаев семье не дают ознакомиться с материалами следствия, в 50% случаев под разными предлогами органы опеки, МВД и прокуратура не принимают заявления от родителей, стремящихся вернуть своего ребенка».

Все это, уверены общественники, — доказательство существования в России умело выстроенной системы ювенальной юстиции, когда семьи с детьми абсолютно не защищены перед произволом чиновников.

«Как правило, люди считают, что ювенальная юстиция их не коснется. Но если у тебя не отобрали ребенка, то это может произойти когда угодно, — убеждена Элина Жгутова. — Семьи в России не должны жить в постоянном страхе. В страхе не воспитывается нормальное поколение!»

«Доклады Уполномоченных по правам ребенка, главным образом, основываются на случаях отобрания, предусмотренных 77-й статьей, в которой речь идет об угрозе жизни и здоровью ребенка, — рассказала адвокат Надежда Гольцова. — При этом большая часть отобраний идет на основании иных нормативно-правовых актов. Да и в тех случаях, когда опека ориентируется на 77 статью СК РФ, уровень угрозы определяется „на глаз“. А риск предусматривает немедленное отобрание ребенка. На практике же выясняется, что нет никакой угрозы, требующей столь радикальной и жестокой меры. При этом органы опеки нарушают процедуру изъятия, не выдают родителям никакие документы (акты) о причинах изъятия, потому что по сути их нет. Установленный риск совершенно точно не требует мгновенного изъятия».

«Травма, которая наносится ребенку, насильно разлученному с родителями, никогда не будет реабилитирована полностью, — отметила детский психолог, член правления Российского детского фонда Ирина Медведева. — Подобный способ изъятия ребенка из семьи — особо тяжкое преступление, виновные в котором, скорее всего, так и не будут наказаны. В России — огромное количество именно социальных сирот — при живых родителях. Их ряды ежегодно пополняются как раз за счет отнятых детей. Люди, благодаря которым эта система работает — каратели, по другому их не назвать. Мы вынуждены констатировать — в России идет жестокая ювенальная война!»

По словам Елены Мизулиной, научно-экспертным Советом при временной рабочей группе по совершенствованию Семейного кодекса РФ сейчас подготовлено четыре законопроекта, направленных на изменение ситуации в этой сфере: «Это — три поправки в действующий Семейный кодекс. Одна из них касается определения оснований для лишения и ограничения родительских прав, отмены института отобрания ребенка, вторая — об установлении гарантий прав усыновителей. Третья поправка определяет приоритет кровной родственной опеки, когда ребенок, оставшийся без попечения родителей, приоритетно должен отдаваться в семью родственников, а не чужих людей. И, наконец, законопроект, вносящий изменения в Уголовный кодекс и предусматривающий установление ответственности за незаконное изъятие детей из семей».

Суть системы ювенальной юстиции, как поясняет Елена Мизулина, — создание среды, где ребенок лишается кровных родителей: «У нас до сих пор в законодательстве отсутствуют понятия кровной, кровно-родственной семьи. Интересно, что по официальной статистике Минобра, за последние три года у нас совсем не изменилось количество детей оставшихся без попечения родителей: оно всегда на уровне 60 тысяч, как будто этот показатель поддерживается искусственно. Так и поддерживается система ювенальной юстиции: ребенка лишают родных родителей и создают инфраструктуру замещающих родную семью институтов. Вдумайтесь, ежегодно в России 60 тысяч детей становятся социальными сиротами. Это — сломанные судьбы. Мы все — свидетели чрезвычайно опасного явления. Полным ходом идет развал кровных семей — фундамента России!»

Как сообщила сенатор, четыре озвученных в течение двух последних месяцев мониторинга общественников легли в основу общего альтернативного доклада Президенту РФ о ситуации с изъятием детей из кровных семей в России. Общий независимый экспертный доклад, который уже готов, она представит после того, как Правительство и Уполномоченный по правам ребенка в РФ, в рамках поручения Президента, обнародуют свою оценку ситуации с изъятием детей.

ВИДЕО ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИИ


ФОТОГАЛЕРЕЯ ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИИ

Иван-Чай.png